Часть 2
Что мы сегодня знаем про замыслы руководства межрегионального общественного движения на ближайшую и среднесрочную перспективу?
Как оно планирует провести предстоящие преобразования, заявленные на последнем пленуме, поскольку принятие Устава и её госрегистрация так или иначе требуют внесения корректив, которые могут иметь либо фундаментальные (революционные, прогрессивные), либо марафетные, поверхностные изменения, как говорится, для проформы?
А может, нас ожидает вообще реорганизация «Мер каҥаш»? Тогда в каких пределах, поскольку за своё историческое прошлое движение трижды меняло официальное название и дважды организационно-правовую форму, так и не дойдя до законодательного признания в качестве юридического лица?
А может, новые «хозяева» возьмут и ликвидируют «Мер каҥаш» как рудимент прошлой эпохи, не оправдавший надежд мариэловской общественности, путем самороспуска, и на его базе соорудят нечто такое, современное в духе европейского модерна, чтобы окончательно покончить с «черемисским захолустьем»? По крайней мере, нынешний архитектурный облик Йошкар-Олы подталкивает к решительным обновленческим действиям.
Эти вопросы вполне естественны. Более того, они до сих пор не получили внятного ответа. Молчит президиум. Двойственна позиция Всемарийского Совета, имея в виду статью А.И. Радыгина. Раньше он был первым замом председателя. А теперь? И вообще, почему мы не знаем имена и фамилии членов постоянно действующего руководящего органа «Мер каҥаш», избранного в апреле прошлого года? Неужели это также секретная тайна?
Мне кажется, что ни А.И. Иванов, ни другие из ближайшего его окружения сегодня не в состоянии ответить на многочисленные вопросы – вызовы читательской аудитории MariUver и Finugor. Полностью проиграв интернет-пространство на этих двух сайтах, они ушли в глухую оборону. А некоторые занялись тактикой мелких пакостей, ядовитых провокаций, оскорблений, что обнажает их идеологическое и функциональное банкротство. Я бы даже сказал «подлую душонку». Лично для меня они известны. Придет время, и я назову их имена и чиновничьи регалии.
Думаю, что читатели ещё не забыли статью А.И. Радыгина – человека открытого, серьезно обеспокоенного состоянием дел в «Мер каҥаш» и в целом в марийской общественной среде. В отличие от тех, кто никогда не руководил общественной организацией, он действительно болеет за судьбу национального движения и порой даже предстает максималистом-романтиком, верящим в идею его возрождения.
Предлагая что-то новое, Анатолий Ильич базируется на практическом опыте, достигнутом на примере конкретного объединения удмуртских марийцев. И самое главное – он не раз удостаивался высокого признания быть лидером – руководителем в ходе отчетно-выборной аттестации. В этом его преимущество перед теми, для которых общественная работа в национальной среде – не более чем бутафория.
Поднятые им в авторской статье проблемы имеют принципиальное значение как с точки зрения теории общественного права, так и для общественной практики, которую Радыгин предлагает применить в положениях нового Устава МОД «Мер каҥаш». Лично для меня отдельные темы кажутся спорными. Вот почему я и решил высказаться еще раз в рамках дискуссионной полемики.
Итак, по мнению А.И. Радыгина, проект Устава, подготовленный президиумом «Мер каҥаш», якобы не учитывает сложившуюся структуру Всемарийского движения.
В результате одной этой фразой Анатолий Ильич обнажил всю пропасть возникших противоречий в самом руководстве движения в части непонимания внутреннего устройства «Мер каҥаш». Должен сказать, что за все годы своего существования у движения никогда и не было положенных по Уставу и по ФЗ «Об общественных объединениях» собственных структурных подразделений, коими принято считать местные и региональные отделения, филиалы и представительства. Всё то, что имеет в виду Радыгин, никаким образом напрямую не относится к «Мер каҥаш» с точки зрения его структурного построения, обеспечивающего целостность. Попытки представить «Мер каҥаш» без региональных отделений, заменив их региональными общественными объединениями, имеющими уже юридические лица, а по существу независимый статус, по факту превращает движение в новую правовую категорию, именуемую Союзом (ассоциацией). В результате, само движение теряет опорную устойчивость, управляемость и становится заложником воли коллективных членов, что мы и видим в действительности.
Однако, бесконечно долго «Мер каҥаш» не в состоянии сидеть на двух стульях, создавая видимость то ли общественного движения, то ли общественной ассоциации. Тем более, если будет принят предложенный проект Устава с региональной отделенческой структурой. Рано или поздно необходимо будет определиться с затянувшейся, выражаясь медицинским языком «беременностью» ассоциацией, которая, несомненно, будет замечена регистраторами республиканского минюста, если там, на что я очень надеюсь, сохранились еще неподкупные, принципиальные профессионалы своего дела.
Да и самим нам всем пора признать, что без повышения правовой культуры в сфере общественного строительства мы так и будем примитивно топтаться на месте. Лично мне даже кажется, что в этом отношении мы отстаем от некоторых наших соседей, давно переболевших подобными болезнями.
А пока приходится констатировать, что радыгинский подход с непременным каркасом из региональных объединений – юридических лиц, которых он предлагает нам в качестве сложившейся структуры Всемарийского движения, страдает не только упрощенчеством, но и отказом признавать существующее законодательное право. И здесь я выступаю на стороне авторов – разработчиков проекта нового Устава, несмотря на то, что он выглядит ещё достаточно сырым.
Безусловно, тема коллективного членства, замеченная М. Ассесоровым, сама по себе не простая. Более того, она применительно к общественной практике до сих пор юридически не проработана, что влечет не только путаницу, но и многочисленное самотворчество. Это касается разных стадий участия юридических лиц – общественных объединений в общественном строительстве. В частности, при создании (учреждении) новых объединений, при выстраивании вертикали структурного организационного устройства, особенно в вопросах соподчинения, исполнения решений вышестоящего звена.
Действительно, сколько голосов имеет, например, общественное объединение, которое вместе с физическими лицами участвует в создании структуры, выступая в качестве учредителя: один голос или десятки, а то и сотни голосов, исходя из своей численности? А может, среди членов и участников объединения – учредителя найдутся лица, которые не захотят вливаться, скажем, в «Мер каҥаш»?
Подобное часто возникает среди национально-культурных автономий, имеющих местный, региональный и федеральный уровни, где Законом предусмотрена жесткая вертикаль. При наличии полного организационного цикла один и тот же человек может иметь статус члена и МНКА и РНКА, и ФНКА. А сколько раз он должен при этом платить членские взносы: один раз или три раза в год, исходя из того, что НКА по Уставу является общественной организацией, где каждый обязан принимать участие в пополнении общественной казны?
Но вернемся к форме общественного движения, коим является «Мер каҥаш». Так, признавая, что «учредителями являются граждане Российской Федерации, достигшие 18 лет», далее авторы – разработчики проекта Устава в пункте 4.4. пишут о том, что «участниками Движения могут быть граждане и юридические лица – общественные движения, поддерживающие цели Движения «принимающие участие в его деятельности. О своем намерении участвовать в деятельности Движения физические и юридические лица информируют Всемарийский Совет Движения».
Данное положение несколько отличается от пункта 4 статьи 6 федерального закона, но между ними нет особых противоречий: «Участниками общественного объединения являются физические и юридические лица – общественные объединения, выразившие поддержку целям данного объединения (в нашем случае – движения) и/или его конкретным акциям, принимающие участие в его деятельности без оформления условий своего участия, если иное не предусмотрено Уставом».
И в этих главах дан исчерпывающий ответ А.И. Радыгину по части его утверждения, что якобы проект Устава не соответствует сложившейся структуре Всемарийского движения, ибо существующие общественные объединения, сохраняя юридический статус, не могут по закону составлять структуру МОД «Мер каҥаш» (!!!). То есть, они могут участвовать в деятельности движения в целом или в отдельных его акциях, но без какого-либо правового оформления условий своего участия, ограничиваясь простым информированием о своих намерениях.
Таким образом, уважаемый мной заслуженный юрист Удмуртии всё-таки не прав в данном отношении. Однако, я полностью солидаризуюсь с ним, когда он говорит о засилье в рядах МОД «Мер каҥаш», особенно в руководящем звене, чиновников, а также представителей одних и тех же региональных организаций, зарегистрированных в Йошкар-Оле. Больше того, основываясь на проекте нового Устава и практике действующего Устава, скажу, что их в таком качестве и количестве вообще не должно быть, если бы основу МОД «Мер каҥаш» действительно составляли региональные отделения (!).
Отмечая положительные моменты в проекте нового Устава, тем не менее я встретил немало случаев, когда нормы функционирования МОД «Мер каҥаш», предложенные авторами документа, не соответствуют правовой природе общественного движения, и списаны они с тех статей Федерального Закона, которые предусмотрены для общественных организаций и только (!).
Примером служит пункт 4.3. проекта Устава: «С момента создания Движения учредители автоматически становятся участниками Движения, приобретая соответствующие права и обязанности». Но это Законом предусмотрено лишь для общественных организаций, о чем свидетельствует статья 19 ФЗ – «При создании общественных объединений в форме общественных организаций учредители данных объединений автоматически становятся их членами, приобретая соответствующие права и обязанности». Такая норма может работать только при наличии постоянного членства. При его отсутствии – это не более чем фикция. Какие могут быть права и обязанности у участника движения, если, выражая поддержку общим целям или его конкретным акциям, он не имеет обязательного оформления условий своего участия? Последнее определяет суть понятия «участника». Сегодня, например, он пришел, а завтра нет. Сегодня он – сторонник, а завтра разочаровался в идеях и в практике работы движения.
Что же касается юридических прав, то они в рамках общественного движения появляются по закону, только после государственной регистрации объединения при наличии постоянно действующего руководящего органа, который и осуществляет права юридического лица от имени общественного движения и исполняет его обязанности в соответствии с уставом (!). Написать устав общественного движения в соответствии с действующим федеральным законодательством – это трудное дело. Нужно хорошо знать закон и практику, которая, как показывает статья А.И. Радыгина, пошла вразнос с правом.
Проектов уставов – болванок различного рода общественных объединений множество, но в подавляющем большинстве все они составлены под общественные организации. Кстати, с этого начиналась и история «Мер каҥаш». Реорганизация в движение, я думаю, диктовалась желанием сделать его более массовым, вплоть до включения в его ряды «всего марийского народа». К тому же подталкивала перспектива учреждения должности «Оньыжи» в ранге «всенародного вождя». Иначе, что за «Оньыжа», если нет за спиной многочисленной паствы?!
В любом случае проект Устава МОД «Мер каҥаш» больше похож на Устав общественной организации. Конечно, его можно доработать, сделать более компактным, удобным, понятным людям. Ибо, к примеру, можно сочинить 10, а то и 20 пунктов в разделе «Цели (без задач, так они в законе не прописаны) движения», каждый из которых будет «наполнен думами и заботами о народе». А можно оставить три-четыре идеи, но вполне конкретные, прагматичные, где вместо «народа/народов» останутся либо гражданин, либо граждане, ради которых и был принят ФЗ «Об общественных объединениях», в котором практически нет ни одного упоминания про народ (народы), но везде фигурируют понятия «гражданин» и «граждане», имеющие конституционные права, обязанности и интересы. Пока мы этого не поймем, то постоянно будем натыкаться на преграды, придуманные нами самими. И еще. Это может пригодиться при регистрации «Мер каҥаш». Речь идет о статье 21 Федерального Закона, которая среди документов, подаваемых для государственной регистрации в соответствующие территориальные органы применительно к образованию международных, общероссийских и межрегиональных объединений называет протоколы учредительных съездов (конференций) или общих собраний структурных подразделений. Это означает что:
1. МОД «Мер каҥаш» может быть создано (учреждено) решением делегатов съезда, избранных от структурных подразделений, а проще говоря, от региональных отделений;
2. МОД «Мер каҥаш» может быть зарегистрирован и непосредственно на основании протоколов учредительных общих собраний региональных отделений, где непременно должны быть рассмотрены по отдельности вопросы: создания межрегионального общественного движения; принятия его Устава; утверждения уполномоченного лица или лиц, которым поручается осуществление процедуры подачи учредительных документов; а также избрания руководящих и контрольно – ревизионных органов движения с указанием конкретных персоналий и, естественно, итогов голосования. То есть, один из этих двух видов протоколов в любом случае должен быть предоставлен в пакете учредительных документов, которые образуются или посредством проведения единого съезда или путем организации общих собраний региональных отделений.
Возвращаясь к публично заявленной позиции А.И. Радыгина о том, что проект Устава якобы соответствует сложившейся структуре «Всемарийского движения», мы должны отметить, что на сегодняшний день в рамках его постоянно действующего руководящего органа определились две точки зрения:
Первая. Авторы – разработчики проекта Устава, выступающие от имени президиума, как считает Анатолий Ильич, предлагают выстроить структуру межрегионального движения сугубо из региональных отделений, что соответствует общественному законодательству;
Вторая. Радыгин и сотоварищи среди которых, как мне кажется, выступает и Л.Н. Яковлева, отрицают (исключают) этот путь развития и настаивают на том, чтобы главными структурными подразделениями МОД «Мер каҥаш» были по-прежнему действующие региональные общественные объединения (в основе – организации). Кстати, любопытно то, что Радыгин фактически не употребляет в своей статье марийские аналоги понятиям «Всемарийский съезд», «Всемарийский Совет». Чтобы понять суть расхождения во взглядах на организационное строительство МОД «Мер каҥаш» предлагаю заглянуть в историю.
Пока еще действующий Устав, изрядно потрёпанный в апреле 2008 года, чтобы обеспечить путь восхождения к заветной должности «Оньыжа» (с женским лицом) Л.М. Яковлевой, был принят 26 апреля 2002 года, когда межрегиональное движение ещё называлось «Марий калык погын» или «Всемарийским вече». Этот Устав, учитывающий в определенной степени ФЗ «Об общественных объединениях» выступал как своего рода лицензия на профпригодность возрожденного в 90-е годы ХХ века марийского национального движения (в широком его понимании), которому требовалось облечься в «цивильную» правовую форму для продолжения дальнейшей жизнедеятельности.
Однако, свою миссию данный Устав до конца не выполнил, поскольку возобладала линия бытующего воинствующего правового нигилизма – жить не по Уставу, а по понятиям. Отношение к Уставу складывалось по-разному.
Сами функционеры – руководители и активисты редко заглядывали в него. Если и обращались, то только в периоды проведения очередных съездов марийского народа. А рядовым участникам было наплевать: есть у МОД «Мер каҥаш» свой Устав или нет?! Не реализовывалась его определяющая роль и в вопросах госрегистрации МОД «Марий калык погын», а затем и «Марий Мер каҥаш». Во времена В.Л. Николаева и В.Н. Козлова тому помешала оппозиционность движения. А когда весной 2008 года власть в нём переменилась, это стало уже непервостепенным делом. А может даже особо и не нужным, поскольку так стало легче управлять движением как ресурсным придатком. Интересно и другое. Начиная с 26 марта 2004 года, на главных ролях в МОД «Марий Мер каҥаш» был не кто иной, как вице-премьер правительства РМЭ, он же министр – куратор национальной политики. За всё, что случилось сегодня с межрегиональным движением, значительная доля вины лежит на нем.
Нынешние авторы – разработчики проекта нового Устава многое заимствовали из прежнего нормативного правового документа, в том числе и в вопросах внутреннего организационного построения, базирующегося на наличии местных и региональных отделений.
Сегодня лично мне ясно одно, что если бы деятельность МОД «Мер каҥаш» складывалось по Уставу, а значит – по Закону, и если бы за прошедшие 12 лет была построена вертикаль из региональных отделений, то:
— во-первых, исчезла бы организационная неразбериха, которую в народе принято называть «бардаком»;
— во-вторых, была бы отлажена система проведения отчетно-выборных кампаний, положенных раз в четыре года. В результате, появилась бы богатая информационная фактура о реальном состоянии дел в местах хотя бы компактного проживания марийцев на территориях традиционного расселения;
— в-третьих, определилась бы какая-никакая ясность о количественном составе региональных отделений, а затем и в целом в пределах всего МОД «Мер каҥаш»;
— в-четвертых, не нужно стало бы организаторам съезда межрегионального движения придумывать нормы (квоты) представительства в зависимости от постоянно меняющейся численности марийского народа. А так мы вот уже который раз городим общественный огород частоколом несуществующих многочисленных масс, в том числе не подпадающих по возрасту в категорию участников движения, загоняя всех оптом, никого не спросив, в стойло «Мер каҥаш».
Думается, главному герою «Мертвых душ» Н.В. Гоголя это и во сне даже не снилось. Чичикову пришлось бы поучиться «мошенническому» ремеслу у наших доморощенных специалистов, которые тупо, упрямо, с оскалом надменной усмешки, подчеркивающей всесилие и превосходство над нами, продолжают «дурить» нас за государственный счет;
— в-пятых, сразу же исчез бы вопрос: «А кто главнее в рамках «Мер каҥаш» в том или ином субъекте РФ, где проживают мари?» Для этого, скажем, нашему уважаемому Анатолию Ильичу пришлось бы на просторах Удмуртии на равных конкурировать за должность руководителя регионального отделения с другими, добиваясь расположения к себе собравшихся на общем собрании регионального отделения районных, городских делегатов. И здесь он бы выступал не как лидер «Союза марийцев» Удмуртии, а всего лишь как рядовой участник движения. При победе – он стал бы главным местным начальником для тех, кто позиционирует себя с МОД «Мер каҥаш». Если нет, или бы отказался от участия в выборах в качестве кандидата, то первенство перешло бы к другому, например, к Николаю Ивановичу Ямакову и т.д. Такова природа общественного строительства, и иного не дано.
Правда, Анатолий Ильич мог бы теоретически итак войти в состав Всемарийского Совета (руководящий орган движения), если бы общее собрание удмуртского регионального отделения марийцев делегировало его на съезд как опытного, мудрого человека, способного достойно представлять либо отстаивать интересы своих коллег, включившихся в ряды МОД в качестве участников;
— в-шестых, если бы выборы делегатов на съезд «Мер каҥаш» проводились в рамках региональных отделений, то в Марий Эл и, в частности, в Йошкар-Оле пришлось бы отказаться от процедуры их избрания отдельно по общественным объединениям (Марийский национальный конгресс, «Марий ушем», «У вий», горномарийское землячество, землячество восточных мари ит.д.), а также на собраниях трудовых, студенческих, женских коллективов.
Сама же делегация от Марий Эл состояла бы из тех, кто избран только на региональной (республиканской) конференции, причем, не искусственно согнанными для этих целей случайными людьми, а делегатами от местных районных и городских отделений.
Такая двухступенчатая избирательная технология могла бы быть и в других республиках и областях, но обязательно в рамках структурных подразделений МОД «Мер каҥаш». Возможно, в некоторых субъектах при дисперсном расселении марийцев и небольшом их количестве региональную (областную) конференцию либо собрание придется проводить сразу, минуя местный отсутствующий уровень. При условии, если там созданы эти отделения из конкретных участников движения.
Это в полной мере касается и Москвы, и Подмосковья. В последнем случае, несмотря на наличие там достаточного количества мари, зарегистрированных структур их самоорганизации никогда не было. Наше же землячество без решения руководства «Мер каҥаш» не имеет права этим заниматься, поскольку вопрос образования региональных и местных отделений движения является исключительной прерогативой Всемарийского Совета и его должностных лиц.
— в-седьмых, выборы делегатов на съезд МОД «Мер каҥаш» по региональным отделениям исключили бы порочную практику, сложившуюся в движении, когда ответственная миссия делегата незаконно присваивались лицами, входящими в состав руководящих органов по персональному статусу без прохождения обязательной избирательной процедуры. Для общественного объединения подобные допущения не только аморальны, но и абсолютно незаконны, поскольку деформируются на глазах широких масс принципы равноправия и демократии. Так появляется национальная аристократия;
— в-восьмых, иным мог бы стать подход к качественному отбору делегатов из числа лучших представителей мари разных профессий и социальных групп, согласившихся стать участниками межрегионального общественного объединения на основе письменного или устного уведомления.
Однако практика складывалась совершенно иначе, чем этого требовали действующий Устав и федеральный закон. Фактически все это время «Мер каҥаш» пыталось на уровне общего руководства выстраивать свою деятельность с территориальными, по статусу неподчиненными организациями, как с подневольными, используя элементы ассоциированного членства и прямого диктата под прикрытием республиканских властей. Причем, при отсутствии в сегодняшней Конституции РМЭ специальной статьи, предусматривающей определенную морально-политическую ответственность за территориальные этнические общины мари, имеющиеся в других регионах.
Если бы «Мер каҥаш» был общественной организацией, где признается членство не только физических и юридических лиц на стадии ещё первоначального учредительного этапа, то подобное коллективное партнерство было бы вполне естественным.
Поэтому, для укрепления авторитета МОД «Мер каҥаш» среди соотечественников, живущих за пределами РМЭ, необходимо инициировать перед депутатами Госсобрания возвращение прежней конституционной статьи по примеру Коми, Мордовии и т.д. о покровительстве республики в удовлетворении культурно-этнических интересов и потребностей граждан РФ марийской национальности, что позволит затем на законных основаниях разрабатывать специальную долгосрочную программу.
Завершая тему структурного строительства МОД «Мер каҥаш», прошу обратить внимание авторов-разработчиков проекта Устава на то, чтобы пункты 1.9 и 1.10 не стали «пустым звоном» для сферы территориальной деятельности движения на основе созданных в субъектах РФ региональных отделений, а также филиалов и представительств. Последнее особенно не импонирует А.И. Радыгину по причине возможного заполнения их якобы «угодными людьми». Думаю, что здесь нет никакой разницы от предлагаемого им варианта статусных лиц в ранге наблюдателей, которых с успехом местная власть РМЭ в лице Минкультуры может превратить в своих верных «оруженосцев». Вся эта часть предложений Анатолия Ильича, направленная якобы для расширения географии влияния МОД «Мер каҥаш» на т.н. «запредельных марийцев», слишком искусственна, не реальна, не жизненна, ибо движение по форме в отличие от организации категория рыхлая. В рамках движения участники, как правило, не закрепляются. Перенесение опыта Всемирного конгресса финно-угров, который не подпадает под юрисдикцию ФЗ «Об общественных объединениях», здесь не уместно. Наблюдатели по факту – это те же приглашенные лица, численность которых зависит от воли организаторов съезда МОД «Мер каҥаш». Если власть раскошелится на приезд гостей (приглашенных лиц) – это одно дело. Если нет, то гостями (наблюдателями) будут только местные, но с позволения «хозяев».
Сегодня в рамках складывающейся ситуации у МОД «Мер каҥаш» есть три варианта действий.
Первый вариант – работая над проектом нового Устава, параллельно, не теряя времени, приступить к созданию региональных отделений во всех регионах, где живут марийцы и имеются общественные объединения, которые могут, при их желании, выступить в роли локомотивов – организаторов учредительного процесса с тем, чтобы к моменту появления окончательного рабочего варианта Устава можно было бы обсудить и принять его в целом либо с поправками. Кроме того, сразу же следует определиться с регионами, где на первых порах придется создавать филиалы или представительства.
Второй вариант – принять за основу идеи А.И. Радыгина, которые лично для меня абсолютно не новы. Об этом я и М.А. Долгов предметно высказывались ещё год назад. Более того, форма ассоциированного членства уже реализована нами. Правда, мы пока не торопимся с регистрацией, надеясь на то, что к нам в течение ближайшего времени примкнут другие объединения. Но, чтобы оформилась радыгинская мечта в форме союза (ассоциации) юридических лиц придется отказаться от проекта нового Устава МОД «Мер каҥаш».
Тем не менее, лично я приветствую модернизационные подходы Анатолия Ильича по выводу марийского национального движения на современные демократические рельсы. Более того, опираясь на потенциал «Союза марийцев Удмуртии», имеется смысл образовать вторую межрегиональную ассоциацию, назвав её «Союз Урало-Сибирских Марийских Объединений», отказываясь от подавляющего протекционизма марийских властей и вне рамок МОД «Мер каҥаш».
Это взбодрит марийское национальное движение, придаст новый импульс его развитию, исключит монополию маркеловского режима на марийский народ. Сегодня «регионалы» демонстрируют более высокий уровень общественной работы. И нам нечего оглядываться на тех, кто плетется в арьергарде и пытается нас чему-то учить. Что касается контактов, то они, при необходимости, могут выстраиваться на принципах сотрудничества на суверенных основаниях для решения общенациональных задач.
Есть и третий вариант – оставить всё, как есть, даже приняв новый Устав. Но это будет началом конца. Неясная перспектива с укрупнением регионов требует от нас заранее проработанных коллективных позиций.
P.S. Прошу читателей извинить меня за ошибки и неточности в статье, возникшие не по моей вине в процессе печатания с рукописного текста. Свой материал я увидел лишь после появления его на сайте.
Что касается «гостя», назвавшего меня «дедом Хасаном» (известный «вор в законе»), то он уже не раз допускал оскорбительные выпады в мой адрес. Видя, что на MariUverе его могут расшифровать, он перебрался на Finugor, чтобы затеряться в массе «гостей» и продолжать заниматься подлым ремеслом.
Мне хорошо известен этот «тип» — главный специалист по подковерным «делишкам», самоуверенный, самовлюбленный, надменный. Именно ему и была адресована фраза в данной статье. И здесь он прокололся, поскольку не совладал с нахлынувшей злостью. До этого он пытался представить меня выжившим из ума пенсионером, немощным стариком, который и на дачу-то ездит всего два раза в году, чтобы посадить и выкопать картошку. Дачная тема ему не дает покоя. Она была вмонтирована даже в статью Радыгина, чтобы подчеркнуть, что Анатолий Ильич работает в «поте лица», а вот кто-то «прохлаждается» в летнее время вдали от общественных дел.
Этому «типу» я скажу, что располагаю достаточной информацией об обстановке в РМЭ. Причем, разной по характеру и из разных источников, а не только из истории КПСС и «Истории марийского народа», на чем «гость» пытается меня подловить. По мере возможностей наезжаю раз в год в республику. И видел все «красоты» нынешней Йошкар-Олы. Но я не афиширую свое пребывание там, чтобы не «смущать» некоторых недоброжелателей.
А в данной связи я бросаю вызов «гостю» и предлагаю сразиться в честной и открытой полемике на страницах MariUvera или Finugora!
Юрий Ерофеев,
г. Москва
Ссылка по теме:
«Мер Каҥаш» на пороге перезагрузки: надежды и реальность. Часть 1